Ход урока

Здравствуйте! Сегодня мы поговорим о русской культуре второй половины XIII – XIV вв. Культура создаётся обществом, поэтому всегда отражает то, что происходит с обществом, что общество переживает. Поэтому в русской культуре середины XIII – XIV вв. мы находим отражения событий и процессов, происходивших тогда в истории нашего государства.

Монгольское нашествие и иго

Понятно, с какого события мы начнём: если речь о середине XIII в., то это – монгольское нашествие 1237-1240 гг.

Последствия нашествия

С одной стороны, оно нанесло огромный урон культуре Многие города и монастыри были разрушены: из 74 изученных археологами древнерусских городов 49 было разорено войсками Батыя, причём в 14 из них жизнь вообще прекратилась (например, старая Рязань так и не была воссоздана после разрушения Батыем), а 15 превратились в поселения сельского типа Лучшие ремесленники, мастера погибли или были угнаны в рабство, поэтому многие виды ремесла были надолго утрачены: ювелирные ремёсла, не осталось людей, которые умели строить каменные здания (каменное строительство начнёт восстанавливаться только в 1285 г. – через 45 лет после нашествия), резьба по камню. Было уничтожено огромное количество книг, почти прервалось летописание До конца XIII в. русская культура не может оправиться от удара, нанесённого батыевом нашествии. Только с XIV в. (а в некоторых случаях: с середины XIV в.) начинается возрождение русской культуры (в связи с преодолением хозяйственного разорения и упадка, освоением новых территорий и пр.).

С другой стороны, именно монгольское нашествие и начавшееся после него иго задали важнейшую тему всех видов и жанров искусства русских княжеств XIII – XIV вв.: тему борьбы с завоевателями.

Литература

Первые отклики на Батыево нашествие можно проследить в русской литературе. В XIV в. появляются два новых жанра литературы: исторические песни и воинские повести. В них нашли отражение сюжеты сопротивления монгольским завоевателям, причём русские неизменно поражают монголов своей мудростью или доблестью.

Исторические песни – фольклорный жанр, создавался самим народом, поэтому и героями были в первую очередь простые люди, совершившие подвиги в борьбе с завоевателями. Одна из самых ярких исторических песен – песнь об Авдотье Рязаночке. Она – простая горожанка, которая своим парадоксальным мышлением и смелостью высвободила из плена жителей Рязани и возродила город. Рассказ ведётся не о Батые, а о неком короле турецком Бехмете, который захватил «старый Казань-город подлесный», но историки видят в этом источнике отражение захвата Рязани Батыем. Во-первых, народная память могла смешать два события, соединив разорение Рязани Батыем в 1237 г. и нападение на Рязань хана Большой Орды Ахмата в 1472 г. (поэтому соединив и имена Батыя и Ахмата). Во-вторых, Казань для былины легко меняется на Рязань (тем более город называется «старая» и «подлесная», да и главная героиня – рязаночка). Бехмет захватил город, бояр перебил, а боярских жён и тысячи людей населения увёл в плен, осталась одна Авдотья Рязаночка. Она решается идти к Бехмту вызволять из плена всех горожан: для этого ей приходится пройти три препятствия, оставленных хитрым Бехметом. Авдотья встретилась с Бехметом, рассказала о том, как она преодолела все «заставы», своей мудростью покорила Бехмета, и он разрешил ей выбрать одного человека из пленных, которого он готов отпустить – причём она должна выбрать того, кто «головушки которого больше век не нажить будет». Авдотья выбирает брата, чем находит сочувствие у Бехмета: поскольку при взятии Казани у него был убит брат, которого он не сможет вернуть себе. Он отпустил с ней всех пленных, да ещё разрешил ей взять из турецкой казны золота столько, сколько надобно будет.

Понятно, что исторические песни – исторические не в том смысле, что они достоверно передают историю, а в том посвящены событиям истории, но выражают народные чаяния о том, как справедливость должна была восторжествовать. Это же можно встретить и в другой исторической песне.

Сходны по особенностям с историческими песнями и воинские повести, прославлявшие ратные подвиги защитников русских городов. В отличие от песен, повести – уже не фольклор, а письменные произведения. Кстати, в XIV в. книги (тогда ещё рукописные, а не печатаные) стали более доступны людям: на Русь стали ввозить бумагу (удобнее бересты и дешевле пергамента), что привело к удешевлению книг.

«Повесть о разорении Рязани Батыем» повествует о трагической судьбе княжеской семьи: рязанский князь Фёдор Юрьевич приносит Батыю дары, но хан требует у «рязанских князей дщерей или сестёр себе», на что князь гордо отвечает: если нас покоришь, «то и жёнами нашими владети начнеши», после чего Батый убивает князя (перебил всё посольство, присланное к нему из Рязани). Узнав о гибели мужа, княгиня Евпраксия с малолетним сыном бросается с храма «на среду земли».

Рассказ о Евпатии Коловрате – рязанском боярине, воеводе и русском богатыре, который после взятия Рязани Батыем возглавил дружину из уцелевших жителей Рязани (в 1700 человек). Дружина Коловрата догнала врага в Суздальской земле, ведя против него борьбу и нанося монголам большой урон. Основная мысль произведения: «Лучше нам смертию живота купити (погибнуть), нежели в поганой воле быти».

Завершая тему отражения монгольского нашествия и ига в русской литературе, нужно сделать одно уточнение. Традиционно считается, что после монгольского нашествия главной темой русской литературы была борьба с иноземным владычеством. Тщательные исследования современных учёных (например, историка Владимира Рудакова) показывают, что и восприятии князей и населения Руси, и в русской литературе до конца XIV в. (до Куликовской битвы) не было чёткой и однозначной идеи борьбы с монгольской зависимостью. Да, было огромное сочувствие погибшим в ходе батыева нашествия, но следует учитывать мировоззрение людей той эпохи. Монголы воспринимать как богоугодная власть (вообще любая власть от бога), как кара божья для Руси за грехи, в том числе за то, что русские князья помешали монголам покарать нечистивых половцев (в 1223 г. половцы обратились за помощью к русским князьям, а монголы предлагали не поддержать половцев). Да, были восстания против ордынцев, был Даниил Галицкий (пытавшийся получить помощь от папы римского для борьбы с монголами), но в основной массе русские княжества признали власть орды и воспринимали её как соседа, с которым должны быть более многообразные отношения, чем только борьба.

Отношения между княжествами: архитектура и живопись

Вторая тенденция русской истории, которая нашла отражение в культуре XIII-XIV в.: взаимоотношения между русскими княжествами. Эту тенденцию ярко видно в архитектуре. Москва и Тверь борются за право быть центром объединения Руси: 1) именно в Твери в 1285 г. возводится первая каменная постройка в северо-восточной Руси после батыева нашествия: белокаменный собор Спаса-Преображения Христова, который не сохранился до наших дней; 2) второй центр каменного строительства в северо-восточной Руси – Москва, где каменное строительство возобновилось при Иване I Калите.

И дальше Москва перехватывает пальму первенства и в политике, и в каменном строительстве, что и понятно: для каменного строительства нужны деньги, а золотым ярлыком (позволяющим собирать дань со всех русских княжеств) обладала почти всегда, начиная с Ивана Калиты, Москва. В XIV в. в Москве начинает создаваться ансамбль Московского Кремля. Два князя, при которых это происходит: Иван Калита и Дмитрий Иванович При Иване Калите в 1326-1333 гг. за 7 лет было построено пять каменных соборов в Москве (создаётся целый храмовый ансамбль в Москве): 1326 – Успенский собор, 1333 – Архангельский собор. Он построен в память избавления Москвы от сильного голода. В нём стали хоронить умерших московских князей, а затем – царей (до Петра I). Собор был посвящён архангелу Михаилу и имел очень большое религиозно-мировоззренческое значение: архангел Михаил считался командующим небесным воинством, которое должно сойтись в последней битве с воинством антихриста, поэтому все московские князья посвящали себя этому предводителю небесного воинства (московские князья воспринимались как помощники архангела Михаила, которые помогут ему собрать небесное воинство из истинно верующих).

1329 – небольшая Церковь Иоанна Лествичника (к которой через полтора века пристоят знаменитую колокольню Ивана Великого), затем – Церковь в честь Апостола Петра, 1333 – Спасский собор = церковь Спаса на Бору. Причём, Иван Калита делает это вполне осознанно: он превращает Москву в духовный центр Руси, для чего нужно было привлечь митрополита в Московское княжество. И ему удаётся это сделать: митрополит Киевский и всея Руси Пётр часто бывал в Москве и завещал похоронить себя не во Владимире (где была резиденция митрополита всея Руси), а в Москве – под стенами этой каменной Успенской церкви. И после его смерти в 1326 г. следующий митрополит – грек Феогност уже официально переносит резиденцию митрополита из Владимира в Москву.

1366-1367 – при Дмитрии Донском было продолжено строительство оборонительных стел – началось строительство нового Московского Кремля – уже из белого камня (первый каменный Кремль в Москве):

• это был единственный каменный кремль во всей Северо-Восточной Руси;

• внешний облик: укрепления были ниже современных, построен был из подмосковного белого камня;

• потом он был разрушен Тохтамышем в 1382 г. и окончательно обветшал к XV в., поэтому в XV в. Ивану III пришлось строить новые стены – был построен краснокаменный Кремль

Москва и Новгород

Архитектура – отражение могущества княжеств. Кстати, здесь нужно отметить собственный путь, по которому шло, наверно, самое богатое из русских княжеств - Новгородское. Оно ориентировалось не на внутрирусские дела, а на Европу, поэтому в XIV в. на Руси складываются две традиции: московская и новгородская. Новгородско-псковская: церковь Фёдора Стратилата на Ручью, церковь Спаса Преображения на Ильине улице.

Противостояние Москвы и Новгорода, точнее – независимость Новгорода проявлялась и в архитектуре, и в иконописи. Феофан Грек (крупнейший русский живописец XIV в. византийского происхождения) начал свою деятельность на Руси в Новгороде, а продолжил творчество в Москве: расписывал церковь Рождества Богородицы, создал фрески для Архангельского собора и иконы для иконстаса Благовещенского собора Московского Кремля. В росписи кремлёвского Благовещенского собора в 1405 г. участвовал другой великий русский иконописец и художник – Андрей Рублёв, но основной период его творчества приходится уже на XV в.

Итак, сегодня мы проследили отражение в русской культуре XIII-XIV вв. главные события и тенденции русской истории.

Дополнительная информация

• фрески Феофана Грека

• изображение белокаменного кремля в Москве

• картина «Авдотья Рязаночка»`